Эстер Браун - Агентство `Маленькая Леди`

– Нет, пойдем прямо сейчас,– твердо сказал Нельсон. – Отнесешь в машину рюкзак, Роджер?

Роджер с явной неохотой закинул на спину рюкзак со снаряжением.

Нельсон жестом позвал меня на кухню.

– Не знаю, что там у них случилось на самом деле,– прошептал он,– но ты помягче с ней, ладно? Она сама не своя.

– Разумеется, не буду усугублять ее страдания! – обиженно заявила я.– Неужели ты думаешь, что я стану читать ей мораль?

Сосед посмотрел на меня немного свысока, что мне никогда не нравилось.

– Я о том, что сейчас не время рассказывать ей о романтическом вечере с Ремингтоном Стилом или толкать речь по поводу того, как, выйдя замуж, женщины превращаются в степфордских жен.

– Можно подумать, я только об этом и мечтаю!

Иногда Нельсон бывал несносным. И с каких это пор он стал защищать Габи?

– Я разморозил запеканку, предложил ей, но она и слышать не желала о еде. Может быть, теперь проголодалась? Было бы неплохо ее накормить.– Тут Нельсон поморщился.– Бедняга. Надеюсь, парень всего этого стоит.

Проводив его, я поставила картофельную запеканку с мясом и луком в микроволновку и почувствовала, что и сама не прочь поесть.

– Ужин будет готов через двадцать минут,– сказала я, садясь на диван рядом с Габи.– Рассказывай толком, что произошло.

– Хватит всего четырех слов,– проговорила Габи. Выставив ладонь, она начала загибать пальцы: – Аарон. И. Я. Расстались.

– Не. Спеши. С. Выводами,– ответила я, тоже считая по пальцам.– Всегда. Есть. Возможность. Помириться.

– Нет. Не сейчас.

– Габи, третий час ночи! – Я вздохнула и взяла свою кружку с чаем.– Расскажи, как все вышло.

Габи душераздирающе всхлипнула.

– Помнишь, ты пообещала, что сегодня вечером мы обсудим фасоны платьев для подружек невесты? – начала она.

– Ммм,– неопределенно промычала я.

– Не застав тебя дома, я предложила Аарону съездить взглянуть на ресторан, который я хотела бы заказать, если свадьба будет утром.– Тут она опять всхлипнула.– Аарон обозлился и заявил: мы теперь заживем более скромно и вообще не должны тратить на свадьбу тысячи фунтов. Я сказала ему: не будь таким скрягой, ведь ты получаешь достаточно денег, а он…

Габи закусила губу.

Я взяла ее за руку.

– И что же он ответил?

– Что грядут большие перемены! Теперь, когда я согласилась стать его женой, ему вздумалось принять важнейшее в жизни решение: навсегда оставить игорный бизнес и выучиться на паршивого судебного патологоанатома!

– Но, Габи, это же так благородно,– возразила я, пытаясь найти в ситуации сакраментальные три плюса.– В полиции мозговитые ребята вроде Аарона очень нужны, и потом, эта работа ведь более надежна, разве не так?

Тут Габи буквально взорвалась.

– Знаю! Знаю, насколько это благородно, черт возьми! Но зачем он так поступает? Почему не хочет зарабатывать, как прежде, большие деньги?!

Придется быть ханжой, подумала я, собралась с мужеством и сказала:

– Габи! Вероятно, Аарон чувствует, что в жизни есть вещи поважнее денег. Возможно, он хочет приносить обществу большую пользу?

– Или чересчур часто смотрит гребаного «Немого свидетеля»!

Несколько минут мы молчали. Почему-то мне казалось, что во всем виновата я одна.

– Все из-за тебя,– пробормотала Габи, словно прочитав мои мысли.– Если бы не ты, я ни в чем бы не сомневалась.

Сомневалась?!

– Да ты что… Я ведь не…

Габи резко вздернула голову. Лицо у нее было красное и испуганное, как у младенца, едва научившегося ходить.

– Не ты ли пророчила, что я брошу его, что связываю с ним жизнь только из-за «ауди»? Скажешь, не ты?

– Хм… я…– Меня охватило пренеприятное чувство без вины виноватой.– Но мне казалось что ты шутишь… Я думала – в глубине души ты любишь Аарона не только из-за счета в банке. Представить не могла, что все настолько серьезно.

Габи разразилась рыданиями.

– О, Мел! Виноват совсем не он. И не ты. А только я. Ненавижу себя! Какая же я дрянь! – причитала она, колотя кулаками по коленям.– Хуже меня нет на всем белом свете! Что мне теперь делать? А-а!…

Я не могла смотреть на ее страдания. Несмотря на то, что моя несчастная подруга в любую секунду могла снова впасть в ярость, я крепко ее обняла, прижала к своей мягкой груди и утешающе заговорила:

– Ты не дрянь. Если бы тебя действительно волновали одни только деньги, тогда ты просто взяла бы и ушла, не мучаясь. Но ты чувствуешь свою вину и очень собой недовольна – это уже хорошо.

– О, Мел,– икнула Габи.– А ведь мне казалось, будто я прекрасно знаю, что делаю. Думала, если денег у меня будет достаточно, все остальное со временем придет само собой.– По ее щекам бежали слезы.– Но Аарон любит меня! Я никогда не понимала, насколько… Господи! Если бы ты видела его лицо в ту минуту, когда он говорил, что, пока я с ним, ему все по плечу! Я была готова провалиться сквозь землю. А просто ваять и бросить его, как ты говоришь, не смогла…

Не имею я права так жестоко с ним обойтись. Теперь чувствую, что обязана стать его женой, хоть и поняла: он нравится мне, но я его не люблю. Боже! – Она всхлипнула.– Какая же я дрррррянь!

Вообще-то я сомневалась, что Аарон действительно так благороден, как хотел казаться. Хотя… если мечта уйти в полицию действительно одержала в нем верх над пронырливостью дельца, то он был достоин настоящего уважения.

От усталости я никак не могла придумать, какой совет дать Габи, поэтому позволяла ей топить горе в слезах до тех пор, пока не послышался сигнал таймера.

– Ну вот,– сказала я голосом заботливой няньки.– Сейчас будем ужинать.

Я взглянула на часы – без десяти три.

Без десяти три!

Я разложила запеканку по мискам, которые в подобной ситуации показались более подходящими, чем тарелки, полила ее томатным соусом, и мы сели за стол. Съев несколько кусочков, я почувствовала странный прилив сил – усталость точно рукой сняло.

Габи тоже ожила. Отправляла в рот картошку с такой охотой, какой я не замечала за ней с тех самых пор, когда она села на предсвадебную диету, чтобы без труда влезть в роскошное платье от Веры Вонг.

– Мел, прости меня, пожалуйста,– произнесла она, съев все до последней крошки.– Ты замечательный друг… и зря я тебя использовала. Все тебя одурачивают, это ужасно несправедливо.– Она опустила голову.– И это второй мой грех.

Я потрепала ее по руке.

–Ничего, у меня крепкие плечи. В любом случае хорошо, что теперь ты во всем разобралась, ведь правда? И нет смысла продолжать обманывать Аарона, если ты его почти не любишь.

Габи запустила пальцы в волосы и оперлась локтями на стол.